Нижний Новгород, сэр!

June 14, 2017

— Скажи мне город на букву “Н”! Ты что, не знаешь ни одного города на эту букву? — Н… Нов…ААААА! Новгород! Нижний Новгород, сэр!

Я стою на сцене BSDM-клуба и выступаю стимулом для девушки, которая не может придумать слово с пятью буквами “О”. Стимулом — в его исконном, прямом смысле — аккуратно, но ощутимо стегаю ее кожаной плеткой.


С этой плетки все и началось. Точнее, с девушки, которая делает эти плетки. Девушку зовут Алёна, и однажды она выложила в группе “полиаморные знакомства” пост про себя, сопроводив его припиской “плету взрослые игрушки из кожи.” Заинтересованный, я спросил, что это за игрушки такие. Оказалось, плетки.

Плетками дело не ограничилось, мы заобщались, я показал ей тексты про свинг-клуб и полиаморию, а она показала мне группу bdsm-вечеринки, проходящей на этих выходных. С этого момента участь ночи с субботы на воскресенье была предрешена. Местоположение клуба, в котором проходило это мероприятие, можно описать практически теми же словами, что клуба из прошлой статьи. Спальный район на окраине Москвы, небольшое здание с магазином. Черная дверь. Баннер, неброская вывеска с двумя буквами “П”. Правда, правила входа не такие строгие: тамбура с двумя дверьми нет, куда мы пришли, никто не уточняет, единственное ограничение касается дресс-кода: для девушек это как минимум платье, а для мужчин — брюки и рубашка. Если вы одеты в спортивные штаны и кроссовки, вас попросят раздеться и выдадут полотенце.

Ни кроссовок, ни спортивных штанов на мне не имеется, а телефон я предусмотрительно сдал в гардероб, так что фейс-контроль я прохожу. Алёна радостно обнимает меня и притаскивает мне плетку, которую сделала специально по моему заказу — в коричнево-белых цветах и с петлей для крючка. Я вешаю ее на плечо, и буквально через десять секунд слышу сзади вопрос, полный междометий “О, а ты это… чо, с плеткой, да?”. Оборачиваюсь. Да, говорю я, именно что с плеткой. Тут много таких сегодня будет. И захожу внутрь.

Основной зал этого клуба представляет собой большое помещение, с одной стороны которого расположена сцена, с другой — барная стойка. Между сценой и баром стоят столики с диванчиками по бокам, на которых уже сидят и общаются люди. Алёна рассказывает мне об организаторах. — Вот тот в рубашке и лысенький, суровый такой дяденька — Мастер Сет. Основная специализация — шибари(искусство связывания), в ней он шикарен. — А вот тот, который в халатике, это Кот. Или Боргез. Милый, смешной, всегда улыбается. Он тоже хорошо умеет связывать, но больше известен как мастер сквирта. На вечеринке за вечер может отсквиртить кучу девочек, а потом ходить с загадочной улыбкой. — А вот Артем! Он же Артефакт. Мастер плеток и тазапера(это такая штука, которая бьет током), главный заводила всей этой движухи.

Артем как раз рассказывает, что на предыдущем мероприятии, которое они проводили в Санкт-Петербурге(это именно там придумывали города начинающиеся на разные буквы), они шокировали милых невинных свингеров — привыкшие к несколько иным развлечениям, они не смогли спокойно смотреть на то, как на сцене порют девушек. И в общем-то, я их понимаю — зрелище девушки в состоянии сабспейса для неподготовленного зрителя может оказаться… шокирующим. Судите сами — из зала вы видите, как какой-то чувак хлещет плеткой подвешенную к крюку девушку, которая вскрикивает от каждого удара, а когда она перестает издавать звуки и обвисает, он снимает ее, и она начинает рыдать у него на плече.

Черт. Теперь мне придется вам еще рассказать, что такое сабспейс. Четко описать это состояние трудно, особенно если ты верхний, и настоящее состояние сабспейса нижнего никогда не испытывал. Тем не менее, я все же рискну.

Слово сабспейс, кстати, происходит от английского “subspace”, подпространство, а к слову “submissive”(нижний) не имеет никакого отношения.

На физиологическом уровне сабспейс — это переход границы, когда какие-то низкоуровневые структуры мозга решают, что данных от болевых рецепторов все-таки слишком много, пугаются, что организм сейчас потеряет сознание от болевого шока(а ведь этому организму падать в обморок не стоит — ему еще от того, кто больно сделал, убежать надо), и начинает вырабатывать нейромедиаторы — эндорфины, энкефалины и некоторые другие. Эти вещества уменьшают и сглаживают болевые ощущения. Конечно, если человеку откусил руку саблезубый тигр(мы же все помним, что мозг и тело человека “проектировались” под условия, существовавшие тысячи лет назад?), ему стоит не только приглушить болевые ощущения, но еще и простимулировать на побег от этого самого тигра. В таких случаях в кровь выбрасывается еще и адреналин/норадреналин, которые дают шанс все-таки убежать от тигра, а не глупо хихикать “ыыы, кииииса”. Поэтому токари, у которых оторвало палец, вовсе не стремятся повторить этот опыт снова и снова — выделяемый адреналин надежно ломает состояние кайфа. А вот БСДМ-щики в своих играх постоянно обманывают мозг и тело — сначала тем, что правилами и доверием убеждают нижнего, что ничего страшного и необычного не происходит, а следовательно, в адреналине необходимости нет, а затем — перегружая мозг сигналами от болевых рецепторов, не нанося ощутимых повреждений телу. Мозг решает, что болевых ощущений слишком много, но необходимости драться и убегать нет, поэтому реагирует только выбросом комплекса нейромедиаторов. В том числе, в его состав входят и естественные опиоиды, которые как раз и позволяют нижнему покайфовать.

С точки зрения верхнего — вход нижнего в сабспейс заметен в виде расфокусированного, блуждающего взгляда, теряющего осмысленность, расслабления мышц, снижению болевого порога и потере концентрации. Из-за этого верхним необходимо тщательно контролировать состояние нижнего — в сабспейсе он зачастую не сможет сказать стоп-слово, даже если верхний перестарается.

Сами нижние описывают это состояние по-разному. В тематической среде ходит поговорка “спроси десять нижних о сабспейсе — получишь десять разных ответов”. Сходятся все в одном — это состояние некого транса, отрешенности от мира, ощущения ярких положительных эмоций(эмоции и ощущения у всех отличаются), которое длится, в среднем, от 5 до 20 минут. После себя сабспейс может оставлять энергию, или наоборот, спокойствие и сильную расслабленность. Ну и конечно, желание повторить это снова.

Разумеется, не следует воспринимать все вышеописанное, как “ага, я понял в чем прикол БДСМ!”. Во-первых, это просто теория, красивая, но пока только теория, так как никто толком это не изучает. Во-вторых, помимо этого, очень многое завязано на психику — на желание подчиняться, на желание подчинять, на желания делать страшно, приятно, больно, и еще на тысячи различных чувств, которые у каждого человека сугубо индивидуальны. Не все так однозначно.

Тем временем, вечеринка продолжается. В час ночи обещали активность, подобную той, что была в Питере — опять ролевые игры в тематике “строгий учитель и ученица”, но все задерживается, потому что одна из участниц сломала палец на ноге, но все же полна решимости приехать. Народ ходит по залу, непринужденно общается. Некоторые мастера делают что-то среднее между бдсм-сессией и мастер-классом: к примеру, играют со свечами(и конечно с девушкой), и одновременно поясняют(парню этой девушки и всем желающим), что и как правильно надо делать, чтобы и всем участникам получить удовольствие, и девушке не навредить.

Свечи, кстати, далеко не такая простая вещь, как может показаться. Во-первых, они существуют с разной температурой плавления — чем больше там стеарина или пчелиного воска, тем температура капли будет больше. Некоторые добавки наоборот, снижают температуру плавления. На сайтах встречаются рекомендации использовать церковные свечи, но для России они совершенно неприменимы — в наших церковных свечах много пчелиного воска, и применение их таким образом чревато ожогами. А авторы статей(а они, по большей части, переводные) имеют в виду католические свечи, которые делаются из парафина. В принципе, чем мягче и пластичнее материал свечи, тем при меньшей температуре она плавится. Во-вторых, температура капли, которая попадает на тело, зависит от того, с какой высоты она летит. Чем больше высота, тем меньше температура: во время полета капля охлаждается.

Случайно забредшая на BDSM-пати группа свингеров занимается привычным делом — они сидят за столом, пьют, курят, трахаются, и абсолютно не интересуются тем, что в десяти метрах от них люди получают новый сексуальный опыт. Хотя, если быть точным, забрели они все-таки не случайно — просто пришли в свой привычный клуб, но попали на тематическую вечеринку. Но отсутствие интереса было обоюдным — попытка собрать зрителей не увенчалась успехом. Серьезно, такого скучающего взгляда в ответ на вопль девушки-лесбиянки “Хэй, мы устраиваем оргию, нам нужны зрители” я еще не видел. Тематики лишь бросили пару скучающих взглядов на сцену, где парочка занималась сексом, и вернулись к наблюдению и к участию в мастер-классах. Мне кажется, свингерам было обидно. Но такое поведение легко объяснимо — наблюдать за работой мастера BDSM удовольствие само по себе, и менять это на зрелище секса не хотелось совершенно. Я, например, особенно впечатлился работой шибари-мастера.

Когда-то, пару лет назад, когда мое увлечение BDSM пребывало в зачаточном состоянии, одна девушка рассказала мне про шибари, и даже показала фотографии. Я был в некотором недоумении — ну да, симпатично, связанная голая девушка. И что дальше? Мне казалось, что девушку гораздо приятнее раздевать, чем связывать, а если и связывать — то лишь в некоторых случаях, в качестве прелюдии к сексу. И что визуальный эффект от этих веревочек совершенно не стоит усилий по связыванию, а тем более, по развязыванию всех этих узелков.

После этой ночи я поменял свое мнение. Как выражается одна знакомая, “это такой сеееекс!”. Больше всего это было похоже на… танец. В какой-то момент это напомнило мне движения опасной змеи, и загипнотизированного змеиными движениями кролика, который бы и рад убежать, но просто не может оторвать взгляд от этих движений. В другой момент — танец вампира и его жертвы, которая уже и понимает, КТО пригласил ее на танец, но не в силах уйти, хотя прекрасно знает, какой будет финал. В отличии от этих сравнений, танец мастера и его модели заканчивается благополучно — как правило, все получают свой кайф.

Что забавно — секс тут не играет сколько-нибудь важной роли. Некоторые тематики даже заявляют “в теме секса нет”: в том смысле, что BDSM отдельно, а секс отдельно. Тут отношение к сексу гораздо более лояльное, но тем не менее, большинство сессий не предполагают, и даже не заканчиваются сексом, разве что периодически кого-нибудь утаскивают в другую комнатку, если очень захочется.

Кстати, оказывается, то, для чего я покупал наручники, гораздо легче делается веревкой для шибари. Причем это получается гораздо удобнее, симпатичнее, и гибче. Достаточно только знать несколько узлов и способов креплений.

С веревкой для шибари тоже не все так просто. Как правило, синтетику не используют. Во-первых, она растягивается. Это опасно тем, что нельзя точно дозировать давление на тело — разница как между надетой на запястье тугим кожаным ремешком и резинкой. Во-вторых, синтетика скользкая — может легко смещаться с места на место, рискуя начать давить не там, где вы задумывали. Кроме этого, при протягивании, за счет малого трения, она может обжигать кожу, что тоже неприятно. Обычно используют джут с некоторой обработкой — веревки сначала вываривают, потом сушат. Это обеспечивает гибкость веревки. По желанию еще и красят. Потом обжигают над пламенем, убирая острые заусенцы, и смазывают жиром или маслом — это увеличивает срок службы такой веревки. Особые ценители используют веревки из сизаля — они гораздо жестче и колючее остальных.

К этому времени до нас наконец добирается Твигги(девушка, которая сломала палец, но все-таки приехала), и “выпускной вечер в BDSM-школе” начинается!

Ведущие сего действия вместе с девушками-моделями выходят на сцену, туда же приглашаются все желающие — в качестве зрителей, и девушки из зала, в качестве дополнительных участников, если вдруг захотят. Соглашается одна девушка из зрителей и лесбиянка из компании свингеров. Правда, в компанию она явно не вписывается. Такого рода действия все-таки ближе к ролевой игре, и если нижний участник не готов принять на себя действительно подчиненную роль, весь настрой он будет ломать — ведущий не имеет возможности достаточно сильно воздействовать на человека, особенно пришедшего со стороны, чтобы действительно сломать его, а без этого строптивый игрок, не желающий ни подчиняться, ни взбунтоваться по-настоящему, будет лишь портить игру всем вокруг, включая себя.

Буквально через пять минут после начала так и произошло — девушка-лесбиянка поогрызалась-поогрызалась на приказы ведущих, а затем заявив, что хочет в туалет, ушла со сцены в зал. Обратно она так и не вернулась. Особо никто и не расстроился — у всех были свои занятия: ведущие, как водится, доминировали, ведомые, соответственно, подчинялись. А игра набирала обороты.

Слова с двумя буквами “о” оказались слишком легкие, с тремя тоже, а вот на словах с четырьмя одинаковыми буквами участники начали массово зависать. Да так, что пришлось пригласить на сцену Мастера Сета, чтобы он подвесил одну из зависших участниц. Для второй участницы потребовалось уже звать участников из зала. Естественно, я не мог такого пропустить — новая плеточка жгла руки. Конечно, до этого я торжественно ввел ее в эксплуатацию на филейной части Алены, но, памятуя о том, что ей еще участвовать в “выпускном”, сделал это бережно. Так что на просьбу организаторов помочь со стимуляцией одной из девушек, я вышел в первых рядах и немного поучаствовал в представлении.

Один из ведущих замечает, что девушка-ведущая, которая отыгрывает завуча, прислоняется к стене — устала стоять. Ведущие галантные, и конечно же, предлагают присесть. Правда, их галантность не распространяется на нижних, поэтому в качестве стула для завуча используют поставленную на колени девушку, которая не смогла придумать очередное слово. Откуда-то из-под завуча слышится: — Мисс, вам удобно? Не надо ли прогнуть спинку? Зрители вокруг прыскают. Завуч полным достоинства голосом отвечает, что все прекрасно, хорошая девочка, так и стой.

После окончания всего этого действия Алёна плюхается ко мне на диванчик, ложится на плечо и залипает, устремляя взгляд куда-то в пространство. Наконец возвращается в реальность: — Придумала! Фтороводород!! Я ржу. Слово с пятью буквами “о”. Правда, через десять минут после окончания, но все же.

Время приближается к 5 утра, и активность народа поутихла. Да и самого народа поубавилось. Артефакт пытается объяснить девушке, в чем прикол слейвспейса. Слейвспейс — это радость подчинения верхнему, радость служения. В отличии от сабспейса, вещь очень специфическая, и требует определенного склада психики, и поэтому подходит далеко не всем. Например, вот этой девушке не подходит — заметно, как приказания она исполняет с задержкой, как будто оценивая, а не очень ли унизительно требование встать на колени. И смотрит при этом все равно дерзко — видимо, пытаясь компенсировать то, что она, такая независимая, исполняет чьи-то приказания. Артем тоже видит все это, и решает не пытаться дальше. Говорю же, очень специфичная вещь.

Перед тем, как уехать, орги собираются в кучку, и я наконец понимаю, кого они мне всю ночь напоминали! Какую-то команду супергероев, со своей суперспособностью у каждого! Правда, немного гм.. сексуального оттенка.