Д.

May 24, 2018

Познакомились мы с Д. на школе мюзикла. Я поймал в кадр ее ноги, а после занятия она поймала меня, и начала выговаривать — дескать, у нее разные носки, и фотографировать такое неприемлемо. Правда, потому выпросила фотографию и выложила у себя на страничке. Пару дней спустя, качаясь со мной на качельках около школы корейского языка, куда мы пришли после того, как я вместе с ней сходил на прослушивание в театральное училище, она рассказала свою историю. Корейская школа — это потому, что я ляпнул что-то про хангыль, и она заявила, что таких понимающих людей мало, и она срочно должна мне показать свою бывшую школу.

— Да я вообще впервые услышала ПИ где-то с пол-года назад. До этого я вообще не обращала внимание на подобное. Училась себе корейскому языку, собиралась после школы уехать в Корею, по обмену. Хорошая страна, язык дается легко, интересные перспективы. А потом оп, увидела, и все. Нет, не то, чтобы я внезапно заболела этим и такое помутнение рассудка вдруг случилось. Нет. Просто я взяла и четко поняла, что вот это — мое. Что я не просто хочу это слушать, я хочу быть там — придумывать сценарии, обсуждать роли, выходить на сцену и петь. Я хочу в этом участвовать, черт побери. Это такое переосмысление своих желаний, что предыдущие планы не, что полетели в задницу, нет, они просто перестали существовать, потеряли какую-либо актуальность. Зачем хотеть плюшевую игрушку, если выясняется, что ты можешь завести настоящую собаку? Не возьмут сюда — пойду в другое место. Не возьмут в другое место — подожду год, схожу на пару курсов по какому-нибудь актерскому мастерству, и на следующий год снова попробую. Я не парень, мне в армию не надо, попыток у меня много.

Через неделю написала мне, радостная: взяли!